Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:45 

У меня были офигенные выходные, так что вот вам толкинофичок :)

essilt
В детстве я нажралась отравы для тараканов - и теперь у меня в голове их нет! // Померанский шпиц. Блондинка духа. Инженер в теле женщины.
Цветов не надо. Мне начинает казаться, что из этих разрозненных кусков все-таки соберется единое целое. Будет забавно :)

Название: Глаз шторма
Фэндом: Дж.Р.Р. Толкин "Сильмариллион"
Автор: essilt
Размер: мини
Персонажи: Феанаро и валар, упоминается Феанаро / Нэрданель
Категория: джен
Жанр: драма, АУ
Рейтинг: PG-13
От автора: когда-то я задумывала мегафичок, про то, как валар в обмен на кое-что временно возвратят Феанора в мир живых. Мегафичок не написался, а само по себе процесс "ящик водки - и всех обратно - под катом :)

Что-то похожее однажды уже было: круг мертвенно-белесого света, зыбкие очертания уходящих в бесконечность колонн, четырнадцать пар глаз, нацеленных на него. Сколько же тысяч лет прошло? И на что он похож эти тысячи лет спустя? Хранит ли феа хоть оттиск носившего ее в себе, но испепеленного тела или превратилась в не более чем мутный сгусток прежних порывов, стремлений и желаний, и память об умениях и делах — всего лишь мучительный призрак?
А вот они, хозяева и хранители мира, ничуть не изменились. Сияющие звездные очи на мраморно-матовом, благородном лике: Элентари. Статный муж кормит с руки огромного орла, с которым, кажется, никогда не расстается: Манвэ. Коренастый бородач с мощными плечами и медными браслетами на запястьях: Аулэ. Его глаза сощурились на мгновение, выражая подобие улыбки. Ну, хоть кого-то можно считать другом. А вот Дарительница Плодов не выказывает и тени приветствия: длинна память эльдар, но у валиэ Йаванны подлиннее будет.
Долговязая, чуть согбенная, как мастер над трудной и тонкой работой, фигура в иссиня-сером балахоне с низко надвинутым капюшоном: Намо. Этого он узнал бы по одному шороху одежды, хотя так ни разу и не увидел его лица. И еще одну, очень похожую: плакальщицу Ниэнну с преисполненным страдания взглядом...
— Куруфинвэ Феанаро, — изрек Манвэ — и орел тоже вперил взгляд в приговоренного.
В своем воображении он задержал дыхание. Сколько уже тысяч лет не слышал, как звучит собственное имя.
— Ты снова призван в Круг Судеб.
В воображении он пробудил собственный голос, представил, как двигаются язык и губы, как напрягаются связки, чтобы придать звучание словам.
«Я говорить не могу».
— А ты думай, — посоветовал Манвэ. — Как сейчас. Мы услышим.
Он посмотрел бы в ответ тяжело и гневно — но есть ли глаза у того, чем он предстал перед взорами воплощенных Стихий?
— Через тебя в мир пришло немало зла, Куруфинвэ Феанаро.
«Да уж не больше, чем через Моринготто или нежелание валар услышать воззвания из Белерианда».
Над ним и сквозь него пронесся негодующий гул, ураганным порывом всколыхнул седое марево, в котором терялись вершины бесконечных колонн.
Взметнулось могучее красное пламя с золотым ободом: Тулкас.
— Запереть его там, откуда достали!
У него был сын, столь же скорый на смех и на ярость, на прощение и на расправу; быстрее всех в любом состязании, на охоте и в бою. Он и умер первым — и ему одному выпала скорая смерть. В одно мгновение он решился распахнуть ей объятия: пришедшей отражением образа той, кого он полюбил так же стремительно, безоглядно и буйно, как промчалась вся его жизнь.
— Я предупреждал. — Голос Намо звучал гулко и глухо, словно шел из глубин земли. — Этот дух не укротить.
«Я видел, как умирают мои сыновья: один за другим, один страшнее другого. Ты меня укротил, вала Намо. Таким ты бы кого угодно укротил».
Стихии вновь заспорили, заколыхалась земная твердь, и только сияющие звездные очи Элентари глянули на него, достали до самого донышка, где в едва ощутимом, неясном даже мастеру трепете зарождается замысел.
Валиэ улыбнулась. Обменялась долгим взглядом с Манвэ и тот поднял руку, призывая остальных к тишине. Орел на подлокотнике его трона переступил мощными лапами.
— Не сравнить ошибки, но ради искупления ты стоишь здесь, Куруфинвэ Феанаро.
Огненный шторм захлестнул в одно мгновение. Он помнил это испепеляющее, сокрушительно бешенство, охватывающее с головы до ног, продирающее до костей; пламя вихрем ходило вокруг, а он стоял посреди, пока чужой голос, вкрадчивый и стелющийся, не раскрыл над ним глаз шторма.
— Сотканное грядущее вступает в свои права.
За тончайшим покрывалом — бледный размытый лик, чьи черты даже рыжая так и не сумела передать в камне: переменчивый лик будущего, Вайрэ.
Но сколько бы ни колебались очертания будущего, он ясно прочел одно:
«Дагор Дагорат».
Глаз шторма распахнулся шире — и огненный вал иссяк.
— Врата Ночи пали, — голос будущего столь же неуловим, как и лик его. — Прежде назначенного времени. Мелькор свободен…
«У него есть только одно имя: Моринготто».
— Пусть так, — медленно кивнул Манвэ. — Какое бы имя он ни носил, но Врата Ночи разрушены…
Ледяная, звенящая ясность пронзила его:
«И могущественные валар пришли просить меня сковать новые?»
Снова гул и дрожь земли. Снова выкрики Тулкаса и призывы Манвэ к спокойствию. Орел приподнялся на лапах, встопорщил перья, целил глазами попеременно во все стороны.
— Не о цепях пойдет речь, но об оружии. — Громовой голос, что рокот моря, не сразу разобрать слова: Ульмо.
Сколько раз уже в мыслях сковано это оружие! Сочтены каждая капля металла, каждый удар молота по заготовке, каждое слово в чарах…
Их больше, чем тысяч лет, проведенных в отлучении от всего, что составляло его суть.
«А что, среди нолдор мастера перевелись?»
— Мастера не перевелись, Куруфинвэ Феанаро, — голос Аулэ тяжел, как удар молота о наковальню. — Но нет мастера, равного тебе.
Он представил усмешку, как помнил: короткий выдох — так, что раздуваются ноздри, угол губ резко вверх… Поистощился, как видно, замысел Эру.
Если валар и услышали это, то не подали виду.
— Ты можешь помочь Исцелению Арды, Куруфинвэ Феанаро.
Простое лицо труженицы, волосы собраны в плотный узел, спокойно сложенные на коленях руки с мозолистыми пальцами: Эстэ. И ее супруг, непроницаемый и умиротворенный даже среди спора собратьев, последний врачеватель и колыбельщик Мириэль: Ирмо.
«Вы хотите исцелить мир от Искажения. Я хочу падения Моринготто. Первое следует из второго, значит, цель у нас одна».
— Ты согласен? — Манвэ пригладил крыло орла.
«Мне руки нужны».
— Будут руки. Все, что необходимо для работы, ты получишь, пока не будет создано то, что просим.
«А после?»
— Твой приговор не отменен, Куруфинвэ Феанаро, — произнес Намо.
Огненный шторм едва не охватил его снова. Почему дух не может сгореть так же, как плоть!
— Ты согласен?
Расплатиться с Моринготто — вот о чем нужно думать. О мщении. Время ярости еще наступит, повторял он снова и снова.
«Не задаром. На моих условиях».
— Довольно! — взревел Тулкас. — Довольно он глумился над нами! Безъязыкий, бестелесный изгой! Запереть его там, откуда достали!
Манвэ снова поднял руку.
— Тихо, Астальдо. Говори свои условия, Куруфинвэ Феанаро.
«Когда оружие будет готово, мои сыновья должны быть освобождены из плена Намо».
— Они не в плену. Равно так и ты, они несут кару за свои деяния.
«Я не слышал, чтобы их приговаривали нести ее до конца мира».
— Ты многого не слышал.
«Мне и не нужно. А вот мои сыновья не должны услышать, что они отсиделись, как крысы, в твоих подвалах, вала Намо, пока другие воевали за них с Моринготто».
— Если Арда будет исцелена, то не услышат. Если Арда не будет исцелена — тем паче не услышат.
Он пожал бы плечами, будь у него плечи.
«Я не стану торговаться сыновьями. Соглашайся, вала Манвэ, или послушай своего собрата и верни меня туда, где держал все эти годы».
Хозяин ветров задумался.
— Каковы другие условия?
«Я хочу обнять жену».
— Это легко устроить, — звездные очи Элентари снова глянули до самого донышка. — Она тебя дожидается.
Он представил, что улыбается. Рыжая частенько говорила: никто в целом свете не сравнится красотой с Элентари, все попытки изваять совершенство ничтожны — а сама и сейчас казалась ему стократ прекраснее в каждом воспоминании, от первого до последнего мгновения.
«Конечно, она меня дожидается. Иначе какой во всем этом смысл?»
Валиэ переглянулась с Манвэ. Чуть склонила голову: согласие, уважение, то и другое разом?
— Еще есть условия?
«Последнее. Я хочу поединка с Моринготто».
Тишина. Тишина и тишина снова; с нее, как стрела с тетивы, сорвалось:
— Слава брата покоя не дает?
Этот тоже напоминает о Турко: любитель охоты, псов и лошадей. Сын был дружен с ним в землях юности, казавшихся беспечальными. Недорогая то была дружба.
«А хоть бы и слава брата, вала Оромэ, что с того? Нужно тебе мое мастерство — или нет?»
— И ни слова о Камнях.
Золотые косы, как колосья, а сама — что спелый плод: Йаванна.
«А тебе есть, что сказать о моих камнях, валиэ Кементари? Не думаю. За Камни я буду спрашивать с Моринготто»


@темы: творческий полигон, толкиноприступ

URL
Комментарии
2017-02-27 в 22:33 

kxena
Сказочница и исследователь
Феанор остается Феанором, даже через тысячу лет несломленным. Но пересмотревший приоритеты. И Намо может быть недоволен сколько угодно, но раскаяние не есть слом личности. Феанор погиб едва ли не первым, и имел много времени обдумать происходящее после него. Он видел гибель своих мальчиков, должно быть видел и их феа, покалеченные войной и Белериандом, пришедшие в Мандос. Камни для него давно не в приоритете, но Моргот за все должен держать ответ. И перед Феанором может быть больше, чем перед каким-то там Турином, который пострадал по большей части из-за своего поганого характера (который поганым всегда и был). Вот никогда мне не нравился сценарий Дагор Дагоррат, выдуманный нуменорцами, чтоб обелить Ар-Фаразона, хорошо, что Манвэ решил написать другой сценарий. В конце концов, почему бы и не да. Кто мог бы с точностью сказать как бы оно было на самом деле? Нуменорцы? Да ладно!

Очень антуражно и вхарактерно. Видится яркий, белый дух Феанаро, с едва различимым силуэтом и прежними чертами, вспыхивающий пламенем, не хуже сильмариллей, когда задеты его чувства. Спокойный и невозмутимый Манвэ. Суровый и бесстрастный Намо, Яванна с хорошей памятью, как у самой земли :laugh:, язвительный Оромэ, вспыльчивый Тулкас, нечитаемый облик Вайре, прекраснейшая и мудрая Варда. Как Феанаро держал ответ мысленно! Сами напросились ))) Контролировать слова еще можно, а мысль она скора на расправу, на то она и мысль. И в этих мыслях весь Феанор.

Жду поединок! )))

2017-02-28 в 12:43 

essilt
В детстве я нажралась отравы для тараканов - и теперь у меня в голове их нет! // Померанский шпиц. Блондинка духа. Инженер в теле женщины.
kxena,
Феанор остается Феанором, даже через тысячу лет несломленным. Но пересмотревший приоритеты.
Я порой думаю, что с приоритетами на самом деле всегда было норм. Просто... ну как допрешь, что одно важнее другого, когда у тебя и одно, и другое, и третье в свободном доступе?

Камни для него давно не в приоритете, но Моргот за все должен держать ответ. И перед Феанором может быть больше, чем перед каким-то там Турином, который пострадал по большей части из-за своего поганого характера (который поганым всегда и был).
Ну вот да :) Я, конечно, понимаю, Профессор где-то в недрах писем палился, что Сильм-то он написал, движимый желанием переписать историю Куллерво (чот я не заметила, что он ее переписал, но не суть) и, видимо, поэтому сразу после Берена у него любимый герой - Турин, но давайте без авторских реверансов. (Все-таки я очень, ОЧЕНЬ не люблю авторского присутствия в тексте в любой форме).

Вот никогда мне не нравился сценарий Дагор Дагоррат, выдуманный нуменорцами, чтоб обелить Ар-Фаразона
ОЙ, ВСЁ (с) :laugh:

Очень антуражно и вхарактерно.
Ыыы :) Вот за это спасибушки :) Конечно, принято изображать Феанора немного, эээ, более бешеным, но я тут согласна с капитаном Джеком Воробьем: стоит разок умереть - и приоритеты сразу меняются.

Спокойный и невозмутимый Манвэ. Суровый и бесстрастный Намо, Яванна с хорошей памятью, как у самой земли :laugh:, язвительный Оромэ, вспыльчивый Тулкас, нечитаемый облик Вайре
Непросто, кстати, подобрать для них всех слова, несмотря на то, что способности, привычки и даже внешность у некоторых прописаны достаточно четко!

прекраснейшая и мудрая Варда.
Как бы ни был красив Шираз, он не лучше рязанских раздолий! (с) ;-)

Как Феанаро держал ответ мысленно! Сами напросились ))) Контролировать слова еще можно, а мысль она скора на расправу, на то она и мысль. И в этих мыслях весь Феанор.
Валар сделали вид, что не заметили, как мимоходом Феанор проехался даже по папе Эру :)
Жду поединок! )))
Иэх! :) Ну, мы с тобой уже обсуждали :) Еще один кусок - и таки придется делать из этого большой текст :)

URL
2017-02-28 в 13:34 

kxena
Сказочница и исследователь
Ну, мы с тобой уже обсуждали Еще один кусок - и таки придется делать из этого большой текст
Не, оставь циклом! Можно будет, конечно, собрать миди. Но зато так лаечки и комменты сохранятся. Цикл тоже норм. Просто ссылки в шапке расставишь, что читать дальше. Цикл тем и хорош для кусочного долгостроя, что его можно писать из середины, потом с конца, потом еще немножко с начала, а потом плюнуть и закончить совсем по другому )))

Профессор где-то в недрах писем палился, что Сильм-то он написал, движимый желанием переписать историю Куллерво
ну вот из-за странной авторской любви и возникают Турины ((

Я порой думаю, что с приоритетами на самом деле всегда было норм. Просто... ну как допрешь, что одно важнее другого, когда у тебя и одно, и другое, и третье в свободном доступе?
Ну да, когда потребность в семье закрыта, а работа горит, кажется что важнее нет ничего текущего творчества. Но стоит что-то случиться с близкими... творчество идет по боку пока не наступят более спокойные времена.

Как бы ни был красив Шираз, он не лучше рязанских раздолий! (с)
Рыжая для него краше :) На то она и рыжая :) и Варда даже порадовалась этому :) Приятно видеть такую преданность и горячую страсть!

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Иннис Аваллах

главная